Balcony photo

Из истории постсоветской эпохи. Встреча на Москва реке.

Дело было в далеком 2000, в Москве, где я был в командировке и попал на встречу депутатов Думы и конгрессменов США. Поскольку одним из организаторов был мой новый работодатель, меня попросили (раз уж подвернулся в командировке) помочь с организацией и посидеть за одним столом с участники, ну в роли такого модератора-затейника и локального тамады. Попросили особо не докучать лоббированием всяких идей, что было частью моей работы, а заводить и поддерживать беседы между собой, иногда переводить, ибо не все понимали друг друга. Очень немногие русские депутаты говорили на английском, а американцы и подавно русского не знали. Ну, и еще были американские, европейские и русские бизнесмены, которые тоже не особо владели иностранными языками.

Беседа шла вяло. Я пытался заговорить о политических процессах, восхищался возможностью так запросто встретиться и поговорить, что раньше было невозможно, но особого энтузиазма это у гостей не вызывало. Попросили меня перевести пару вопросов, как я понял чисто для вида, поскольку кроме закуски, никакого общего интереса у гостей, похоже, не было. И, вдруг российский думовец говорит (я перевожу) «А как вы относитесь к смертной казни? Ну нас отменили, вот, при прежнем президенте».

Американец взбодрился и говорит: «My dear friend, I would say if you know the guy is guilty- hang him up. Believe me, people will love it»*. Русский думовец обрадовался «да, да, я тоже говорю, что нашему народу рано отменять смертную казнь». На что последовал ответ американца «And you are right, my friend. Abolishing dead penalty is European bullshit. We are not Europeans. By the way, I think we have something in common, this sense of wild freedom. We have cowboys, you have cazacs. It’s pretty similar»**, продолжал конгрессмен (из Алабамы, как я потом узнал) уплетая бесплатную икру и семгу, которой угощали спонсоры встречи в ресторане Националь. Сидевший рядом со мной датский бизнесмен чуть не поперхнулся салатом и, со словами «Would you please excuse me»*** куда-то побежал откашливаться.

Перевод:
* Мой дорогой друг, если вы уверены, что человек веновин, то повесьте его и людям это понравится.
** И вы правы, мой друг. Отмена смертной казни это все Европейское дерьмо. И, кстати, я думаю, у нас много общего, это чуство дикой свободы. У нас ковбои, у вас казаки. Это очень похоже.
*** Прошу извинить меня.
Balcony photo

Детские хитрости (учимся отлынивать)

Анна разбросала игрушки, пытаюсь привлечь ее к уборке:
- An, can you help me to clean up this mess? (поможешь убрат этот беспорядок?)
- No, papi, too tired. (нет, я слишком устала)
Нет, ну вы представляете? Она уже научилась отмазкам.

Новые смешных фразы. tha we do (there we go).
Balcony photo

Из истории постсоветской эпохи. Питер Ашман.

Был у меня начальник, англичанин. Не непосредственный, а из тех кого видишь раза три или пять за все время карьеры в компании или учреждении. Штаб квартира конторы была в Брюсселе, но он любил раз в год устраивать собрания коллектива в своем родном Лондоне.

Когда меня приняли на работу, а было это в далеком 1996г. он, разумеется, меня не видел и не интервьюировал, этим занимался региональный директор. Но, во время одной из таких встреч в Лондоне он решил пообщаться со всеми региональными сотрудниками лично. И, под предлогом пройтись после работы по Лондону с коренным лондонцем, он знакомился с новыми сотрудниками, а нас тогда было, кажется, около трех человек.

Разговор не клеился, поскольку бэкграунд у нас, мягко говоря, был очень разный. Он, потомственный английский дипломат и я, как писали раньше в автобиографии «родившийся в семье советских интеллигентов».

После пары попыток узнать о моих увлечениях и хобби, директор наш потерял надежду и задал прямой, как трафальгарская стелла, вопрос: «друг мой, я вы любите живопись»? Получив утвердительный ответ он спросил, какую именно больше всего.

Я, по правде говоря, не был уверен как правильно на английском произносится слово «импрессионисты», но будучи уверенным, что любой стиль, эпоху и направление мой собеседник знает не хуже любого советского искусствоведа, ответил «Japanese paintings», добавив «print paintings in particular».

Надо сказать, что слово это я бы не знал если бы действительно не увлекался японской гравюрной до такой степени, что пробовал стилизовать гравюры Хокусая в виде витражей, использую плакатные перья и обычную гуашь.

Глаза моего начальника загорелись, он случайно, с третьей попытки, попал в самую точку. «Oh, that’s my passion too», - воскликнул он. Слова passion я тогда еще не знал, но как бы сказали классики советской сатиры «по интонации догадался».

Оказалось, что мы с ним любим одно и то же, но по разному. Я не стал рассказывать про попытки стилизации гравюр, про то, что мои познания ограничены иллюстрированными советскими книгами «Японская гравюра» и «Искусство Востока», но рассказал, что будучи московским студентом мне посчастливилось побывать на выставке японской гравюры в Третьяковке.

Питэр же, так звали моего тогдашнего директора, рассказал, что купил недавно две чудесные гравюры, то ли 17-го века, то ли 18-го и про коллекцию картин его отца, которую он помнил с детства, когда он жил с отцом в посольском особняке в Бейруте.

Потом мы еще пару раз встречались по работе в Праге и Брюсселе. Лет через десять, в 2008, он будучи уже советником британского МИДа по правам человека (Foreign Office Human Rights Advisor), заезжал в Ереван и мы говорили за обедом в ресторане Шерлок Холмс о политике, выборах, о событиях первого марта. Тогда я уже перестал работать в этой сфере и незадолго до этих событий ушел в коммерческую компанию, но он посчитал что со мной стоит поговорить об этом, иначе не потратил бы на меня два часа своего времени, тем более, что заехал они всего на пару дней. Про живопись мы с ним в тот день не говорили.

Лет пять лет назад, во время подступа ностальгии по молодости, я погуглил его и других коллег по Фонду. Оказалось, что в 2014 он скончался от рака и что даже его именем учреждена какая-то правозащитная премия в Англии. Мой непосредственный начальник, его заместитель, с которым он очень дружил, недавно был назначен послом ЕС в Македонии, а до этого несколько лет проработал в Палестине. 

Эта часть моей жизни и карьеры, наверное, самая интересная. Как-нибудь напишу про нее еще. 


Balcony photo

Детские хитрости (вранье).

Анна, кажется, открыла концепцию вранья. Пытается ее освоить в своих интересах. После возвращения с прогулки, с отцом ходили в парк, мать сказала, что надо купаться и спать. Ответ удивил всех: «папа уже меня искупал» :))
Оказывается, дети врут не только потому, что чего-то хотят избежать. Прочел, что иногда они приписывают другим свои мысли. «Бабушка сказала, что Мими (сестра) меня не любит». Бабушка, да и мы все, офигели :))

Смешные слова: titty (kitty), icee cam (ice cream),

Balcony photo

Детские хитрости.

Анна беседует со своим отцом, то бишь моим сыном:
- Night night time? (Сейчас время для сна?)
- No.
- Too late? (Слишком поздно?)
- No.
- Okey, we can go to part! (Тогда можем пойти в парк).
Я решил откосить от похода в парк. Сын сказал, мол я отведу, ты отдыхай. Ушли. Буквально через секунд десять вернулись:
- Papi, are you tired? (Дед, ты уставший?)
- No. (Нет)
- Yay, let’s go to the park! (Ура, пошли в парк).
Пришлось идти, ибо возразить нечем. Ребенок научился простейшему методу ведения переговоров - аргументации отсутствием препятствий.

Balcony photo

Диалоги Анны

Сегодня говорит по телефону с моим отцом, который в ее понимании тоже дед (много дедов, ребенок запутался окончательно). Видимо ей надоел разговор она сказала "bye papi*, we go to park, а мне на ухо шепнула "we don't say papi "shut up"". Видимо родители провели разъяснительную работу по поводу выученных в детсаду выражений :))
Из смешных слов:
waver - water, lelo - yellow,

*papi на армянском "дед", "дедушка".
Balcony photo

(no subject)

ВАКЦИНАЦИЯ В КАНАДЕ
Даже не совсем в Канаде, а в Онтарио. Сколько бы премьера Форда не ругали, организовано все довольно таки хорошо, видимо потому, что тут каждый знает свое дело и даже если правительство на некоторое время, этак на полгода, куда-нибудь пропадет никто этого не заметит, ну если, конечно же, дать казначейству поручение стабильно перечислять деньги из бюджета в гос учреждения.

Итак, вся процедура заняла около получаса, причем 20 минут из них надо было сидеть дабы если что не так пошло тебе смогли оказать помощь. Прививку делали пожарные. В Канаде и США пожарники обучены первой медицинской помощи. приезжают часто вместо скорой. Точнее, приезжают первыми они, потом скорая мед помощь.

По ходу, народ организовал в зале где делал прививки какую-то выставку продажу картин. Видимо, благотворительная, поскольку картины были явно любительскими. Было много волонтеров. Сред персонала были парни на инвалидных колясках, помогали с бумагами, дезинфицировали поверхности.

В помещении делать нотографировать было нельзя, видимо чтобы не смущать людей, но перед выходом было два плаката с надписью "я получил свою вакцину". Это чтобы можно было сделать селфи. Люди, делающие селфи на фоне этого плаката не были замечены, поскольку ... ну, не так возрастная категория, как понимаете. Я тоже решил не делать чтобы не выделяться.

Пожарник, что делал прививку задал кучу вопросов про то, есть ли аллергия, были ли обмороки при прививках и т.п. Спросил принимаю ли лекарства и получив отрицательный ответ пошутил "хорошо сегодня пожилых мало, задолбался я писать все названия лекарств, что они принимают". Мы посмеялись, поблагодарил и пошли смотреть картины.
Balcony photo

Как все это было

- Дивид, вы же понимаете, что аспирантура МГУ, это единственный шанс в жизни. Может подумаете еще?
- Я уже подумал, Лия Аршаковна. Я понимаю, да. Но, обстоятельства. Не могу больше остаться в Москве, домой надо.
Милая Лия Аршаковна. Она опекала нас, армянских аспирантов, несмотря на риск быть обвиненной в землячестве. А может и не было никакой такой опасности. Может это все было понарошку, как моральный кодекс строителя коммунизма?Collapse )Ведь, все знали, что лучшие блоки в общаге у чеченцев потому, что комендант общежития чеченец. Все знали, что втиснуться в лабораторию Х. невозможно если у тебя нет родственников евреев, а профессор истории А. обязательно срежет тебя на первой попытке сдать в очередной, кажется третий уже по счету за весь путь к карьере кандидата наук, курс истории КПСС, если ты из Закавказья или Средней Азии.
  Но, Лию Аршаковну любили все, независимо от национальности, политических убеждений, которые уже к тому времени начали не только появляться, но даже уже сталкиваться, и не только у аспирантов и студентов, но даже у осторожных сотрудников лабораторий физического факультета МГУ. Лию Аршаковну любили потому, что она была красивой женщиной. Старше нас, да, можно было ее назвать даже зрелой, но все еще эффектной и, главное доброй ко всем нам, ну и чуть заметнее к нам, студентам из, теперь уже страны, которую она называла "родина". "Ну, как там на родине, спрашивала она, когда мы заходили в "аспирантскую" после каникул. Не знаю, была ли она когда-нибудь там вообще, но языка не знала, да и не знаю насколько вообще знала что-либо про родину. Похоже, что немного.
- Значит окончательно решили?
- Да, окончательно. Я уже и билет взял, - в качестве последнего и неотразимого аргумента ляпнул я, хотя билета у меня еще не было, да еще и надо было сниматься с воинского учета и прописки, а сколько это могли занять тогда времени было известно одному их бюрократическому богу. Если бы она знала сколько раз мне приходилось за эти несколько дней слышать "вы точно решили уйти?", "вы же можете пожалеть", "подумаете еще, Давид, это один раз в жизни, другой возможности не будет". Только один единственный человек удивил меня своей реакцией, мой научный руководитель. Он, посмотрел на меня с пару секунд, оторвав свой взгляд от монитора, хлопнул громко по клавише Esc, резко развернулся на вращающемся стуле и сказал "пойдем, покурим". Мы вышли на лестничную площадку, где можно было курить, он дал мне прикурить от спички, косо глянув на мой "Космос" с фильтром ("жируете, аспирантура" подкалывал он нас иногда, прикуривая свою "Астру") и задумчиво глядя в окно сказал:
- Ну, да, правильно, наверное. Чего тут делать, тут делать нечего. Только, послушайте моего совета, не езжайте в Армению. То есть езжайте, но не задерживайтесь там. Там науки не будет, как и здесь, впрочем. Вы молодые (был у нас еще аспирант), языки знаете, я туп в языках, так и не смог научиться говорить на английском. Вон, Гусев, уехал в Лондон. Да, наукой не особо занимается, преподает, ну а чем плохо? Сашка (второй аспирант) лентяй , не хочет язык учить, сколько раз ему говорил, - продолжал он, все еще глядя в окно, будто говорил сам с собой.
Владимир Владимирович Шувалов. Самый молодой на кафедре доктор наук, умница невероятная. Не особо общительный, поэтому лабораторию нашу коллеги по кафедре особо не посещали. Сплетничать он не любил, никого не критиковал, но видно было, что к пыхтящим над тупиковой темой людям относился с иронией.
- Все еще стреляете в свой таллий? - говорил он моему бывшему шефу, по дипломной.
- Не таллий, а тулий! В талий мы давно уже не стреляем, я делал доклады на семинаре, ... а что?
- Нет, нет, ничего, просто спросил. Прости, путаю все эти элементы ..
Пока писал погуглил. Похоже, все еще на кафедре, профессор. Фото в той же лаборатории, стоит, опирается на установку очень похожую на ту, что собирал я. Вряд ли она же, конечно, 30 лет, сейчас и лазеров то таких нет, наверное, разве, что в музеях.
Дальше все было по плану. Сборы, билет на поезд (вещей было много для самолета), прощание с друзьями по кафедре, по общаге, с родственниками. Чемодан, коробки вокзал, Ереван. Это было в 1991г. в ноябре, когда уже миновал августовский путч и уже прошел год со дня объявления армянским парламентом о независимости. Еще не было Беловежских соглашений, но развал Союза уже был очевиден и уже набирала обороты война между Арменией и Азербайджаном, названная Карабахским конфликтом, нарастало напряжение между Абхазией и Грузией, уже были новости о боевых действиях в Южной Осетии, а за Средней Азией мы особо не следили, поскольку не очень то и разбирались в тонкостях тамошних этнических мин, бережно заложенных еще при закладке фундамента советской империи.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)
Balcony photo

О ЖЖ

Честно говоря, спустя некоторое время после ухода из Фейсбука понял, что и ЖЖ надоел, тем более, что кроме жалоб либералов на наступающую в России реакцию и ворчания реакционеров на то, что власть недостаточно реакционна ничего-то тут нет.

Тереть аккаунт пока не буду, но если есть люди которые по непонятным мне причинам хотят общаться, то добро пожаловать в Твиттер на одноименный аккаунт ... хотя там я читаю только очень немного и очень выборочно.

Всем удачи!  
Balcony photo

О Собчак и ее гостях


Смотрю на "Дожде" Собчак с Жириновским. Надо признаться,  что у Собчак талант выставлять политиков дураками. Правда, чаще всего, гости ее передачи таковыми и являются,  но редкий журналист может это показать так ярко как она.